aif.ru counter
23.06.2016 15:52
427

«Монпоражён» на старте. Как в Удмуртии решить проблему переводчиков?

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 25. Аргументы и Факты в Удмуртии 22/06/2016
Jarmoluk / pixabay.com

Потребность в переводах

Наталья Варламова, сотрудник Центра чтения библиотеки: - На мастер-классах московских литераторов Василия Дворцова и Николая Переяслова, которые организовал Союз писателей УР, говорили о потребности в переводах. Московские писатели говорили, что им интересны произведения молодых удмуртских авторов. Их переводы готовы опубликовать в центральных газетах и журналах. Проблема лишь в том, что у нас нет этих переводов и мы не готовим переводчиков. А удмуртская литература нужна миру, конечно, в переводе.

К счастью, председатель Союза писателей Пётр Захаров идеи подхватывает, и переводами занялись вплотную. Сейчас Союз писателей организует международный форум: 10 сентября к нам приедут шведы, финны, народы севера. Поэтому Национальная библиотека УР в эти дни дает старт конкурсу, где есть две номинации: художественный перевод с удмуртского на русский поэтических и прозаических произведений.

Юлия Ардашева, АиФ-Удмуртия: - Но кто же станет его участниками?

- Вопрос не простой, потому что нам нужны не просто переводы - нужны хорошие стихи и тексты. И кто вдруг сядет за эти переводы? Поэтому в идеале мы должны составить некие пары удмуртских и русских пишущих ребят и воодушевить их на творчество. Национальная библиотека взялась за это дело не случайно - в прошлом году мы проводили  конкурс «Молодые голоса Удмуртии». Пишущих детей и в городе, и в районах мы, в принципе, знаем, и в конкурсный период кого-то пропустили, но кое-кого и нашли.

- Возраст «детей»?

- Как и в российском конкурсе-премии «Дебют»: он стартовал с возрастным цензом «до 25 лет», но уже расширил его до 35 лет. Но мне кажется, что если случился замечательный текст у человека чуть старше, возрастной ценз не очень важен. И в конкурсе переводчиков мы стоим на этих же позициях.

Не только заметить

- Смысл разных литературных конкурсов библиотеки общий - мониторинг молодых авторов на территории Удмуртии.

- Вы их нашли, а что дальше? Какие они получают, к примеру, премии?

- Символических или забавных литературных премий в России тьма-тьмущая: например Премия Андрея Белого - это бутылка водки, рубль и яблоко. Но было бы здорово, если бы молодому человеку, получившему 1 премию в номинации «проза» или «поэзия» (о драматургии и литературоведении, к сожалению, говорить не приходится), помогли с изданием книжки.

Мне приходилось содействовать изданию молодых авторов, и это стоит не так много: на первую книгу Андрея Гоголева было собрано 19 тысяч рублей, а первая книга Тани Репиной обошлась в 16 тысяч. Это разве большие деньги? А такой шанс очень важен, потому что издаться сложно.

Что касается «Молодых голосов», то по итогам конкурса мы сделали альманах в электронном виде - сейчас ищем спонсоров, мечтая напечатать бумажный вариант. Он, конечно, будет выигрышным - в нём 18 листов цветных иллюстраций, потому что мы нашли графику, живопись, фотографии молодых.

- Представляю, что бумажный альманах, а тем более личная книжка победителя - это  всё-таки сейчас весьма сложное дело.

- Вы правы, победителям конкурса «Молодые голоса» мы обещали мастер-классы. Приглашать именитых писателей нам помогал наш поэт Олег Хлебников, но оплатить их приезд библиотека просто не смогла. Тогда нам помог сдержать обещание Петр Захаров, пригласив наших конкурсантов на мастер-классы московских литераторов. Получилось неплохо. Сегодня, к счастью,  у Национальной библиотеки появился партнёр по организации и проведению конкурса перевода. Это директор ижевского издательства «Монпоражён» Михаил Смагин. Он готов рассмотреть возможность издания тех текстов, которые мы получим в ходе конкурса. И не возражает, чтобы конкурс получил одноименное название - «Монпоражён».

Опасные аплодисменты

- Кто-то занимается молодой литературой Удмуртии?

- Ею занимается куча народу, опекая и оберегая молодых. Это, конечно, литературные журналы, у нас есть литобъединения при ИжГТУ, при дворцах культуры и творчества юных. Пишущими, творческими людьми занимаются практически все библиотеки - это настоящие площадки. Например, 6 июня, в Пушкинский день, когда наш Центр чтения проводил у памятника Коту Учёному публичные чтения, девочка читала свои стихи. И чувствовалось, что у неё есть опыт таких выступлений. У нас, слава богу, есть ЛИФТ, где могут собираться молодые и где мы читали свой новый альманах. Со времён литературных чтений «Брезентовая Цапля» есть площадки в МВЕУ, Камском институте и ещё много точек. Единственная острая проблема в этом процессе - отсутствие критики, или назовем проще, анализа ситуации, когда кто-нибудь давал бы оценку происходящему.

СМИ откликаются на эти события лишь анонсами и новостями. Скажу больше: редкие новые  книги стихов и прозы имеют предисловия. Издан сборник Ольги Денисовой, слава богу, к нему написал предисловие Герасим Иванцов, а к книге Сергея Гулина, вышедшей в Тюмени, есть предисловие от Олега Хлебникова.

Молодые же авторы не имеют вообще ни одного письменного оценочного слова по поводу того, что они делают. Хотелось бы, чтобы в журналах, на каких-то сайтах это было.

Мастер-классы показали, что дети к разговору о своих литературных опытах не готовы. Им никто не говорил, к примеру, что рифмовать «Марина» и «имя» - это неправильно при таких сонорных согласных. Их никто не учит, никто не критикует, и они ходят «такие гении» и делают элементарные ошибки в стихосложении. Я была на заседании одного литобъединения: все друг друга слушали и... аплодировали. Но никакого обсуждения услышанного-прочитанного не было! А хочется шума вокруг текстов, оценки и читательской, и профессиональной. Но мне кажется, это повсеместная проблема: у меня есть ссылка вКонтакте на тех, кто читает в кафешках Питера и Москвы – есть из рук вон плохие тексты.

- Но проблемы с количеством пишущих нет?

- Нет, пишут немало. Поэзия всегда была пристанищем многих и многих. Мне кажется, что со стихами происходит то же, что с симфонической музыкой, балетом, другим классическим искусством. Есть люди, которые всегда ходят на эти концерты, потому что они фанаты. Кто-то ходит потому, что есть билет, а кто-то просто следует за модой посещения знаковых концертов. Со стихами то же самое: люди приходят на «Цаплю», потому что это туса, это круто, это на слуху, была классная афиша и будут книги - причин много. Но есть действительно много тех, кто умеет читать стихи, любит стихи, покупает поэтические сборники, берёт их в библиотеке. Для них и хочется находить классные тексты и стихи.

Особый бренд

- Если вернуться к конкурсу переводов, то сразу цепляет его название.

- Да, в нём есть то удмуртско-русское созвучие, которое нам хочется увидеть и в переводах. Вообще названия конкурсов и проектов должны иметь в себе некий ресурс творческого бренда.

- Вы, Наталья, автор разных проектов, а это особая работа - найти броское и глубокое название каждому. У конкурса переводчиков была альтернатива - проект «Зелёные помидоры». Безумно понравилось его название.

- Мы с коллегами долго обсуждали название нового литературного проекта. Возникала аббревиатура АКМ - актуальная культура молодых. И всё же мы вместе решили, что не будем связывать идею с автоматом. А «зелёные помидоры» просто на поверхности лежат: Удмуртия - край такого урожая.

- Сразу возникает вопрос о судьбе «зелёных помидор» - тех «зелёных» авторов, которых ищет и пестует библиотека: они зреют?

- Они, конечно, краснеют. Те же Таня Репина и Андрей Гоголев, конечно, выросли за эти 5 лет. Таня, будучи талантливой в свои 18 лет, стала теперь человеком взрослым, мудрым, в чём-то горьким - она человек своего времени. И она уже «красный помидор», это точно. Но сейчас она живёт в Европах, учится в Кракове. Андрей экспериментирует с формой, с силлаботоническим стихом, пробует писать верлибром, пишет большие куски поэзии «под прозу» и прозу - «под поэзию», и он, конечно же, «красный помидор». Очевидно другое: наши «зелёные» таланты краснеют и уезжают.

- У вас очень личностное отношение к этой истории...

- Я сама когда-то писала, лет в 12 меня затащили на радио читать стихи, и я получала мешки писем. Со мной «поносились» немножко, отправили в Артек. А самым моим большим творческим достижением, когда я заканчивала филфак, был общий с Гулиным платный бардовский концерт. А потом я уехала в деревню, перестала писать, и девочки той уже не стало.

По сути, я - «зелёный помидор», который так и не вызрел. И мне очень хочется, чтобы с теми, кто пишет сейчас, случилось что-то очень хорошее.

- Конкурс переводчиков и грядущий форум - события принципиальные для национальной литературы. А какие проекты вы бы хотели видеть для молодой творческой Удмуртии?

- У нас неспроста в альманахе «Молодые голоса» появились не только тексты, но и графические работы. Вообще у меня при обдумывании конкурса был шальной вопрос: а почему только пишущие? А рисующие, танцующие, а те, кто занимается искусством, театром? Здорово, если бы проект объединил разные виды искусств. Но для этого нужны материальная база и фанатичный интерес организаторов.

Досье
Наталья Варламова закончила филфак УдГУ. В 2000-х годах амплуа поэта и барда дополнила статусом хозяйки книжного магазина-клуба «ЧА-ЩА». Несколько лет была выпускающим редактором литературного журнала «Италмас». Постоянный участник литературных жюри.

Оставить комментарий (0)

Также вам может быть интересно

Загрузка...

Топ 5 читаемых

Самое интересное в регионах
Роскачество