Оружейник с душой поэта. Что мы не знаем о Михаиле Калашникове

Автомат Калашникова известен во всём мире. А вот каким человеком был его создатель? Вы знаете, что Михаил Тимофеевич писал стихи, любил петь, мастерил домики для ежей и умел удивлять окружающих? Что выводило его из себя и почему он мечтал о мире без оружия? Накануне дня рождения конструктора, который отмечается 10 ноября, сайт udm.aif.ru поговорил с Александром Ужановым — автором книги о знаменитом оружейнике из серии «Жизнь замечательных людей».

Взгляд-рентген

— Александр Евгеньевич, вы много общались с Михаилом Тимофеевичем. Помните вашу первую встречу? Каким он вам тогда показался?

— Я запомнил его взгляд — внимательный, проницательный, словно видящий насквозь. Настоящий взгляд-рентген! Мы встретились в ноябре 1999 г., когда меня направили в Ижевск поздравить Калашникова с 80-летием. Я тогда работал в компании «Промэкспорт». 

Сам автомат я, конечно, знал прекрасно. Во время учёбы в военном училище практически не расставался с ним. Можно сказать, сроднился с АК. А вот о его создателе почти не задумывался. Мне даже было невдомёк, что Михаил Тимофеевич жив и продолжает работать на родном «Ижмаше».

Но поговорить с ним в тот день не удалось: слишком много было гостей.

— Как получилось, что вы стали его биографом?

— Нас сблизила работа в «Рособоронэкспорте». Михаил Тимофеевич был консультантом генерального директора по стрелковому оружию, а я работал в пресс-службе.

Однажды помощник Калашникова на «Ижмаше» Николай Шкляев посетовал, что молодёжь мало интересуется тем, как мыслил конструктор. Как он находил верные решения и почему его разработки остаются востребованными?

Меня это заинтересовало. Институт социальной памяти, который я возглавляю уже 20 лет, начал исследовать феномен Калашникова: талант, характер, взгляды на жизнь.

Я изучал архивы, родословную Калашникова, фронтовую и послевоенную биографию, беседы с конструктором, поездки по миру…  Так родилась книга.

Танкист с талантом изборетателя

— Вы изучали и семейную историю Калашникова. Он вырос в многодетной семье, пережил раскулачивание и ссылку. Как он вспоминал своё детство?

— Тепло говорил о родителях. Отца, Тимофея Александровича, называл тятя. Вспоминал, как тот приучал детей к труду, любил читать в свободные минуты.

Мать, Александра Фроловна, была верующей женщиной, учила детей молитвам. В её роду были математики. А родила она девятнадцать детей, так что генам было где разгуляться.

Михаил появился на свет 10 ноября 1919 г. в с. Курья (ныне Алтайский край), был семнадцатым ребёнком в семье, выжили, правда, только восемь. В детстве он часто болел. Известная история, как однажды Мишу сочли умершим и даже приготовили маленький гроб. Но кто-то поднёс к лицу ребёнка пёрышко, оно шевельнулось — мальчик был жив.

В 1930 г. семью раскулачили и выслали в Сибирь, в пос. Нижняя Моховая. Имущество отобрали. На таёжных работах надорвался отец. Мне удалось отыскать место его захоронения в Томской области, поставить памятник. Михаилу запомнились страдания матери, как тяжело ей пришлось поднимать детей. Сродниться с отчимом было самым настоящим испытанием.

Михаил больше всего не хотел быть обузой. Он старался помогать матери, придумывал полезные приспособления. Сам собрал крупорушку для обработки зерна. Мать очень им гордилась. А когда подрос — дважды убегал из дома обратно на Алтай.

— Известно, что Калашников в армии был танкистом и на фронте получил ранение. Что нового удалось выяснить об этом периоде его жизни?

— Довольно много. О первых месяцах Великой Отечественной у Калашникова были скудные сведения. Возможно, сказалась контузия. Мы узнали, что он командовал танком Т-34, воевал на Брянском направлении, там же совершил подвиг, заменив в разгар боя погибшего командира взвода. Раненым выходил из окружения, потом - госпиталь и долечивание в тылу. Но сержант Калашников больничным палатам предпочел железнодорожное депо в Казахстане, где сконструировал пистолет-пулемет. Ему очень хотелось создать для Красной Армии автоматическое оружие. 

Архивы в Подольске и Санкт-Петербурге помогли восстановить его боевой путь в составе 108-й танковой дивизии.

Отыскали также документы о лечении в госпиталях и установили имена всех офицеров, кто с ним тогда был в госпитале Ельца на лечении. По воспоминаниям Калашникова, один из командиров-десантников и познакомил его с основами эксплуатации стрелкового оружия.

Ранение кардинально изменило его армейскую жизнь: до войны он совершенствовал танковую технику, а встреча с врагом подтолкнула к конструированию стрелкового оружия. Созданный в январе 1942 г. на станции Матай первый пистолет-пулемёт стал пропуском для работы на подмосковном полигоне стрелкового и миномётного вооружения по линии отдела изобретательства Наркомата обороны. Волей случая с 1945 г. Калашников попал в водоворот союзного конкурса на создание автомата под новый патрон калибра 7,62-мм. А в 1947 г. на Ковровском заводе был создан автомат АК-47 с уникальным узлом запирания ствола.

— Значит, если бы не ранение, мир мог бы и не узнать создателя знаменитого автомата?

— Судьба могла сложиться иначе. Но изобретательская смекалка проявилась у него ещё до войны.

Калашников разработал прибор для учёта работы танкового двигателя. Его заметил Георгий Жуков, тогда командовавший Киевским особым военным округом. На слёте армейских рационализаторов он наградил молодого танкиста именными часами и распорядился направить в Ленинград для внедрения изобретения. Михаил Тимофеевич считал, что Жуков дал ему путёвку в конструкторскую жизнь.

— Калашников не получил полноценного инженерного образования. Не мешало ли это ему работать рядом с дипломированными специалистами?

— Отсутствие образования при наличии природного дарования и огромного желания конструировать оружие стало катализатором в профессии — он постоянно учился, расспрашивал специалистов, прислушивался к отзывам военнослужащих.

Калашников часто повторял, что солдат академий не оканчивал, поэтому оружие должно быть простым и надёжным. А простое сделать гораздо сложнее. За этой самооценкой стоял огромный труд и самообладание. Основные механизмы автомата он сделал в «подвешенном состоянии» — экспериментально притирал деталь к детали. Это труд в стиле огранщика алмазов. Основное преимущество АК-47 — безупречная работа автоматики и надёжное запирание ствола. 

Он подчёркивал, что автомат создавал коллектив конструкторов, технологов, испытателей. Важную роль в создании конструкции сыграли Владимир Дейкин и Александр Зайцев, ряд других специалистов. Всем им Калашников выказал личную благодарность. 

— А что могло заставить его по-настоящему рассердиться?

— Несправедливость, нечестность, искажение фактов. Особенно если кто-то пытался использовать его имя не в благих целях.

Не терпел пустых рассуждений и беспочвенных обвинений, мог резко оборвать разговор. Но по пустякам не злился и злопамятным не был. 

— А отдыхать Михаил Тимофеевич умел?

— Он отдыхал, меняя род деятельности. Калашников вырос в большой крестьянской семье, где труд был в почёте. И домашнее хозяйство не позволяло быть беспечным. На всю жизнь сохранил привычку работать руками. Ему было трудно сидеть на совещаниях, заниматься одними бумагами. Хотелось в мастерскую, на полигон, к станку.

Дома он тоже постоянно что-нибудь придумывал и мастерил. Мог усовершенствовать газонокосилку, соорудить приспособление для домашнего быта. Дачный участок с возрастом заменил ему полигон. Там он был кудесником: уход за хвойными и лиственными деревьями, плодовыми культурами, кустами, цветами. Подкрасить, поправить, укрепить. Даже жилище для ежей сконструировал! А каким птичником был — не передать!

Для охоты и рыбалки оборудовал автомобиль, предусмотрел даже таганок собственной конструкции.

И в зрелые годы, вопреки советам врачей, сбавить темп не мог.

Его жена Екатерина Викторовна говорила: «Всегда работает до пота и возится, как муравей. Бывает — не нужна работа, но отдыхать ему трудней».

Автомат и стихи

— Калашников писал стихи. Как в нём уживались конструктор и поэт?

— Он был разносторонним человеком. Его интересовали литература, музыка, история. Особенно любил Некрасова, часто цитировал его произведения. Ещё Есенина и Пушкина. Я был свидетелем, как он в Париже во время прогулки по Сене читал попутчикам стихотворение Беранже «Нищая».

Стихи начал писать ещё в молодости. Относился к ним серьёзно, не как к забаве. Писал о детстве, войне, человеческой судьбе.

С одним из ранних стихотворений связана замечательная история. Газета «Красная Армия» 5 апреля 1940 г. опубликовала его «Танкистов». Автором был курсант Стрыйской танковой школы Михаил Калашников.

Много лет спустя, к юбилею конструктора, мы устроили ему сюрприз: народный артист Борис Галкин прочитал эти стихи.

А на праздновании 90-летия Михаила Тимофеевича произошло ещё одно памятное событие. Он сам исполнил вместе с хором Академического ансамбля песни и пляски имени Александрова песню «Танкисты», написанную на его стихи.

— Он любил петь?

— Очень! Особенно народные и старинные песни. «Славное море, священный Байкал», «Ревела буря, гром гремел», «Бежал бродяга с Сахалина».

Из певиц особенно ценил Лидию Русланову и Людмилу Зыкину. С удовольствием слушал Чайковского, Баха, Моцарта, Шопена.

— Чем ещё увлекался? 

— Живописью. Особенно ценил картины Виктора Васнецова, Ильи Репина и Исаака Левитана. Любил бывать в Третьяковской галерее и Русском музее. Очень обрадовался, когда узнал, что коллекцию его автоматов и пулемётов передадут в Оружейную палату Кремля.

Свои люди

— Личную жизнь Калашников старался оберегать от посторонних. Какую роль в его судьбе сыграла семья?

— Огромную. Михаил Тимофеевич был женат дважды. С первой женой, Екатериной Астаховой, познакомился в Казахстане. В 1942 г. у них родился сын Виктор, впоследствии тоже ставший конструктором-оружейником. Но война, долгие разлуки и работа над оружием отдалили супругов друг от друга. Они развелись, Виктор остался с матерью.

Вторую жену, Екатерину Викторовну Моисееву, Калашников встретил на работе. 
Она была техником-конструктором, помогала ему с чертежами. Постепенно рабочие отношения переросли в любовь. Михаил Тимофеевич говорил, что они понимали друг друга с полуслова.

Дочь Екатерины Викторовны от первого брака, Нелли, он принял как родную и дал ей свою фамилию. У супругов родились две дочери — Елена и Наталья. Когда в 1956 г. первая жена умерла, Калашников забрал Виктора к себе. Екатерина Викторовна воспитывала его как родного сына.

Она умерла в 1977 г. Михаил Тимофеевич тяжело переживал её уход. Спустя много лет посвятил ей слова: «Я продолжаю идти по жизни в свете твоей любви!»

— А каким он был отцом? Удавалось ли ему находить время для детей?

— Работал невероятно много, поэтому совмещать семейную жизнь и работу было непросто. Сам понимал, что близким порой не хватало его внимания.

Воспитывал прежде всего собственным примером, приучал к самостоятельности и труду.

Особенно тяжело Михаил Тимофеевич пережил гибель младшей дочери Натальи в автокатастрофе. 

— Кто был рядом с ним в последние годы жизни?

— Файруза Узбаковна Бурганова. Она была рядом последние тридцать лет его жизни. Это был очень красивый союз. Михаил Тимофеевич называл её своей правой рукой.

— Его фамилия стала известна во всём мире. Как он относился к такой славе?

— Не любил, когда из него делали бронзовый памятник, произносили бесконечные торжественные речи. Гораздо больше его трогали встречи с обычными солдатами, ветеранами, просто интересными людьми. 

— Как считаете, в чём заключался феномен Калашникова — в таланте, характере или невероятном трудолюбии?

— Знаете, Михаил Тимофеевич и сам однажды задал похожий вопрос. В 1961 г. он побывал в Калининграде и возле могилы философа Иммануила Канта спросил своего коллегу Ливадия Коряковцева: «Откуда появляются на свет такие люди? Что это такое: гены, талант, труд?»

Думаю, одним словом здесь не ответишь.

Когда мы называем человека гением, возникает соблазн объяснить этим всё. Будто ему просто повезло родиться с необыкновенными способностями и дальше всё получилось само собой.

Но жизнь Калашникова показывает совсем другое. Были природные задатки, техническая любознательность, способность замечать то, чего не видели другие. Были обстоятельства, которые направили его талант в определённую сторону: фронт, отсутствие автоматического оружия, тяжёлое ранение, знакомство с оружейным делом. Были учителя, коллеги, помощники. Всеобщее признание, уважение. 

И был огромный труд. Годы поисков, испытаний, ошибок, переделок. Работа, от которой он не мог отказаться даже в преклонном возрасте.

Поэтому для меня феномен Калашникова — не только в созданном им автомате. Он ещё и в том, как человек сумел распорядиться своими способностями и прожить достойную жизнь, оставаясь верным однажды сделанному выбору. Для меня он образец верности делу жизни!

Человек-автомат. Девять интересных фактов про Михаила Калашникова Подробнее