aif.ru counter
423

«Монпоражён» на старте. Как в Удмуртии решить проблему переводчиков?

Международный форум перевода пройдёт в Удмуртии в сентябре, а лето отведено на поиски талантливых молодых поэтов-переводчиков. Национальная библиотека УР объявила для этого свой конкурс.

Jarmoluk / pixabay.com

Потребность в переводах

Наталья Варламова, сотрудник Центра чтения библиотеки: - На мастер-классах московских литераторов Василия Дворцова и Николая Переяслова, которые организовал Союз писателей УР, говорили о потребности в переводах. Московские писатели говорили, что им интересны произведения молодых удмуртских авторов. Их переводы готовы опубликовать в центральных газетах и журналах. Проблема лишь в том, что у нас нет этих переводов и мы не готовим переводчиков. А удмуртская литература нужна миру, конечно, в переводе.

К счастью, председатель Союза писателей Пётр Захаров идеи подхватывает, и переводами занялись вплотную. Сейчас Союз писателей организует международный форум: 10 сентября к нам приедут шведы, финны, народы севера. Поэтому Национальная библиотека УР в эти дни дает старт конкурсу, где есть две номинации: художественный перевод с удмуртского на русский поэтических и прозаических произведений.

Юлия Ардашева, АиФ-Удмуртия: - Но кто же станет его участниками?

- Вопрос не простой, потому что нам нужны не просто переводы - нужны хорошие стихи и тексты. И кто вдруг сядет за эти переводы? Поэтому в идеале мы должны составить некие пары удмуртских и русских пишущих ребят и воодушевить их на творчество. Национальная библиотека взялась за это дело не случайно - в прошлом году мы проводили  конкурс «Молодые голоса Удмуртии». Пишущих детей и в городе, и в районах мы, в принципе, знаем, и в конкурсный период кого-то пропустили, но кое-кого и нашли.

- Возраст «детей»?

- Как и в российском конкурсе-премии «Дебют»: он стартовал с возрастным цензом «до 25 лет», но уже расширил его до 35 лет. Но мне кажется, что если случился замечательный текст у человека чуть старше, возрастной ценз не очень важен. И в конкурсе переводчиков мы стоим на этих же позициях.

Не только заметить

- Смысл разных литературных конкурсов библиотеки общий - мониторинг молодых авторов на территории Удмуртии.

- Вы их нашли, а что дальше? Какие они получают, к примеру, премии?

- Символических или забавных литературных премий в России тьма-тьмущая: например Премия Андрея Белого - это бутылка водки, рубль и яблоко. Но было бы здорово, если бы молодому человеку, получившему 1 премию в номинации «проза» или «поэзия» (о драматургии и литературоведении, к сожалению, говорить не приходится), помогли с изданием книжки.

Мне приходилось содействовать изданию молодых авторов, и это стоит не так много: на первую книгу Андрея Гоголева было собрано 19 тысяч рублей, а первая книга Тани Репиной обошлась в 16 тысяч. Это разве большие деньги? А такой шанс очень важен, потому что издаться сложно.

Что касается «Молодых голосов», то по итогам конкурса мы сделали альманах в электронном виде - сейчас ищем спонсоров, мечтая напечатать бумажный вариант. Он, конечно, будет выигрышным - в нём 18 листов цветных иллюстраций, потому что мы нашли графику, живопись, фотографии молодых.

- Представляю, что бумажный альманах, а тем более личная книжка победителя - это  всё-таки сейчас весьма сложное дело.

- Вы правы, победителям конкурса «Молодые голоса» мы обещали мастер-классы. Приглашать именитых писателей нам помогал наш поэт Олег Хлебников, но оплатить их приезд библиотека просто не смогла. Тогда нам помог сдержать обещание Петр Захаров, пригласив наших конкурсантов на мастер-классы московских литераторов. Получилось неплохо. Сегодня, к счастью,  у Национальной библиотеки появился партнёр по организации и проведению конкурса перевода. Это директор ижевского издательства «Монпоражён» Михаил Смагин. Он готов рассмотреть возможность издания тех текстов, которые мы получим в ходе конкурса. И не возражает, чтобы конкурс получил одноименное название - «Монпоражён».

Опасные аплодисменты

- Кто-то занимается молодой литературой Удмуртии?

- Ею занимается куча народу, опекая и оберегая молодых. Это, конечно, литературные журналы, у нас есть литобъединения при ИжГТУ, при дворцах культуры и творчества юных. Пишущими, творческими людьми занимаются практически все библиотеки - это настоящие площадки. Например, 6 июня, в Пушкинский день, когда наш Центр чтения проводил у памятника Коту Учёному публичные чтения, девочка читала свои стихи. И чувствовалось, что у неё есть опыт таких выступлений. У нас, слава богу, есть ЛИФТ, где могут собираться молодые и где мы читали свой новый альманах. Со времён литературных чтений «Брезентовая Цапля» есть площадки в МВЕУ, Камском институте и ещё много точек. Единственная острая проблема в этом процессе - отсутствие критики, или назовем проще, анализа ситуации, когда кто-нибудь давал бы оценку происходящему.

СМИ откликаются на эти события лишь анонсами и новостями. Скажу больше: редкие новые  книги стихов и прозы имеют предисловия. Издан сборник Ольги Денисовой, слава богу, к нему написал предисловие Герасим Иванцов, а к книге Сергея Гулина, вышедшей в Тюмени, есть предисловие от Олега Хлебникова.

Молодые же авторы не имеют вообще ни одного письменного оценочного слова по поводу того, что они делают. Хотелось бы, чтобы в журналах, на каких-то сайтах это было.

Мастер-классы показали, что дети к разговору о своих литературных опытах не готовы. Им никто не говорил, к примеру, что рифмовать «Марина» и «имя» - это неправильно при таких сонорных согласных. Их никто не учит, никто не критикует, и они ходят «такие гении» и делают элементарные ошибки в стихосложении. Я была на заседании одного литобъединения: все друг друга слушали и... аплодировали. Но никакого обсуждения услышанного-прочитанного не было! А хочется шума вокруг текстов, оценки и читательской, и профессиональной. Но мне кажется, это повсеместная проблема: у меня есть ссылка вКонтакте на тех, кто читает в кафешках Питера и Москвы – есть из рук вон плохие тексты.

- Но проблемы с количеством пишущих нет?

- Нет, пишут немало. Поэзия всегда была пристанищем многих и многих. Мне кажется, что со стихами происходит то же, что с симфонической музыкой, балетом, другим классическим искусством. Есть люди, которые всегда ходят на эти концерты, потому что они фанаты. Кто-то ходит потому, что есть билет, а кто-то просто следует за модой посещения знаковых концертов. Со стихами то же самое: люди приходят на «Цаплю», потому что это туса, это круто, это на слуху, была классная афиша и будут книги - причин много. Но есть действительно много тех, кто умеет читать стихи, любит стихи, покупает поэтические сборники, берёт их в библиотеке. Для них и хочется находить классные тексты и стихи.

Особый бренд

- Если вернуться к конкурсу переводов, то сразу цепляет его название.

- Да, в нём есть то удмуртско-русское созвучие, которое нам хочется увидеть и в переводах. Вообще названия конкурсов и проектов должны иметь в себе некий ресурс творческого бренда.

- Вы, Наталья, автор разных проектов, а это особая работа - найти броское и глубокое название каждому. У конкурса переводчиков была альтернатива - проект «Зелёные помидоры». Безумно понравилось его название.

- Мы с коллегами долго обсуждали название нового литературного проекта. Возникала аббревиатура АКМ - актуальная культура молодых. И всё же мы вместе решили, что не будем связывать идею с автоматом. А «зелёные помидоры» просто на поверхности лежат: Удмуртия - край такого урожая.

- Сразу возникает вопрос о судьбе «зелёных помидор» - тех «зелёных» авторов, которых ищет и пестует библиотека: они зреют?

- Они, конечно, краснеют. Те же Таня Репина и Андрей Гоголев, конечно, выросли за эти 5 лет. Таня, будучи талантливой в свои 18 лет, стала теперь человеком взрослым, мудрым, в чём-то горьким - она человек своего времени. И она уже «красный помидор», это точно. Но сейчас она живёт в Европах, учится в Кракове. Андрей экспериментирует с формой, с силлаботоническим стихом, пробует писать верлибром, пишет большие куски поэзии «под прозу» и прозу - «под поэзию», и он, конечно же, «красный помидор». Очевидно другое: наши «зелёные» таланты краснеют и уезжают.

- У вас очень личностное отношение к этой истории...

- Я сама когда-то писала, лет в 12 меня затащили на радио читать стихи, и я получала мешки писем. Со мной «поносились» немножко, отправили в Артек. А самым моим большим творческим достижением, когда я заканчивала филфак, был общий с Гулиным платный бардовский концерт. А потом я уехала в деревню, перестала писать, и девочки той уже не стало.

По сути, я - «зелёный помидор», который так и не вызрел. И мне очень хочется, чтобы с теми, кто пишет сейчас, случилось что-то очень хорошее.

- Конкурс переводчиков и грядущий форум - события принципиальные для национальной литературы. А какие проекты вы бы хотели видеть для молодой творческой Удмуртии?

- У нас неспроста в альманахе «Молодые голоса» появились не только тексты, но и графические работы. Вообще у меня при обдумывании конкурса был шальной вопрос: а почему только пишущие? А рисующие, танцующие, а те, кто занимается искусством, театром? Здорово, если бы проект объединил разные виды искусств. Но для этого нужны материальная база и фанатичный интерес организаторов.

Досье
Наталья Варламова закончила филфак УдГУ. В 2000-х годах амплуа поэта и барда дополнила статусом хозяйки книжного магазина-клуба «ЧА-ЩА». Несколько лет была выпускающим редактором литературного журнала «Италмас». Постоянный участник литературных жюри.



Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Оставить свой комментарий
Газета Газета
Самое интересное в регионах
Роскачество

Актуальные вопросы

  1. Какие профессии выбирает молодёжь в Удмуртии?
  2. В связи с чем изменилось расписание поездов в Удмуртии?
  3. Когда в Ижевске откроют десантные классы?
Есть ли у вас кредит?